Его выслали из Красноуфимска, после смерти он вернулся, и память о нем жива до сих пор

 
 
ruenfrdeelitptsres

Библиотечные страницы

Трудно переоценить вклад земской ме­дицины в развитие здравоохранения. С созданием в 1870 году земских учреж­дений появилась уникальная возмож­ность приблизить медицинскую научную помощь сельскому населению. Земские медико-санитарные учреждения содер­жались на средства земских управлений, которые сами определяли приоритеты в медицине и имели возможность строить новые больницы, открывать фельдшер­ские пункты, обучать фельдшеров и т.д.

Заслуга земской медицины еще и в том, что была отменена плата с кресть­ян за лечение в больнице, существовав­шая практически до 2-й половины 60-х годов XIXвека в виде специального ме­дицинского налога - «платы за совет». Народ поверил в квалифицированную медицинскую помощь. В период земства практически удалось ликвидировать оспу. Авторитета врача было достаточ­но, чтобы оспопрививателями стали учи­теля, священники, интеллигенция.

Детищем Мизерова явилась земская больница, построенная по его проекту в 1886 году и послужившая для наших го­рожан почти 100 лет. Явление уникаль­ное, явление редкостное - эти эпитеты по праву относятся к Красноуфимской больнице, одной из лучших в Пермской губернии. Создание ее явилось шагом вперед в развитии земской медицины на Урале.

Несмотря на большую занятость, Мат­вей Иванович находил время для обще­ственной и научной работы. Им были написаны статьи: «По вопросу о детской смертности в Красноуфимском уезде», 1905 год; «Сведения о земской медици­не в Красноуфимском уезде», 1890 год; «К вопросу о народной медицине в Крас­ноуфимском уезде», 1893 год; «Об эпи­демии скарлатины в Красноуфимском уезде», 1899 год.

Заслуги М.И. Мизерова как врача и ученого были вознаграждены присвое­нием ему звания Почетного гражданина города, звания доктора медицинских наук без защиты докторской диссерта­ции, но вслед за этим за причастность к революционным событиям Мизеров был уволен с работы и в 1909 году был вынужден покинуть Красноуфимск.

До нас дошли воспоминания младшей дочери Матвея Ивановича Александры Мат­веевны о периоде его жизни в Красноуфимске. Семья Мизеровых была многочислен­ной (6 детей) и дружной. Постоянно, кроме своих детей, в доме жил еще кто-нибудь из племянников, учившихся в Красноуфимске. Жена Мизерова, Александра Петров­на, имевшая звание домашней учительни­цы, воспитывала детей, вела домашнее хозяйство, сама шила на всю семью, гото­вила детей для поступления в гимназию или училище. В молодости увлекалась театром, фотографией, участвовала в любительских спектаклях, любила читать. Отец, Матвей Иванович, был очень занят. Вся семья со­биралась вместе по утрам за завтраком. Затем дети уходили в школу, Матвей Ива­нович уезжал в больницу, посещал боль­ных на дому и возвращался домой поздно, почему и обедал почти всегда один. Вече­ром часто бывали новые вызовы к боль­ным. Поздними вечерами, когда почти все в доме уже спали, он долго занимался в своем кабинете. На письменном столе го­рела свеча - он много курил - и прикуривал новую папиросу от свечи, чтобы каждый раз не зажигать спичку.

В сенях дома было отведено специаль­ное место для его «заразной одежды». За­ботясь о своих маленьких пациентах, он всегда переодевался после посещения за­разных больных и только после этого ехал к другим больным. «Чтобы лучше поладить с маленькими пациентами, - вспоминала Александра Матвеевна, - на приеме в боль­нице у отца всегда были конфеты. Помню, как мама постоянно покупала для этой цели каких-нибудь мягких конфет, большей ча­стью мармелад, который можно было дать и самым маленьким. За ласковое, внима­тельное отношение и большое знание сво­его дела больные очень любили его.

И дома, несмотря на большую занятость и усталость, я не помню случая, чтобы он повысил голос на кого-либо из семьи. Ник­то из детей не знал ни порки, ни шлепков, хотя в семье было шестеро детей, в том числе 4 мальчика, которые, вероятно, и озорничали, и не всегда слушались. Из пациентов отца мне запомнились двое, один из которых был крестьянин Мещеряков из деревни Ногаево. Он долгое время стра­дал кровавым поносом, пока не обратился к отцу. Каким путем - я теперь не помню, но отец обнаружил, что в желудке больно­го жили личинки домовой мухи. Опреде­лив причину болезни, он смог быстро ее ликвидировать. Я хорошо помню этого больного - страшно худой, бледный, со­всем старик во время болезни, и - моло­дой, красивый мужчина после излечения. После выздоровления он довольно часто бывал у нас, почему я его и запомнила...

Хорошо запомнился обыск в 1908 году. Было перевернуто все вверх дном не толь­ко в доме, но и в надворных постройках, даже в конюшне. Обыскивали всех детей (мне было тогда 6 лет. Троих старших в то время не было, они учились в Петербурге). Помню, как меня и братьев Ивана и Петра все это возмущало, и мы были страшно довольны, когда синие мундиры жандарм­ских офицеров, вылезавших из-под пола, были перепачканы в пыли и паутине. Все книги из шкафов были выброшены на пол и немало пришлось затратить отцу, чтобы привести в порядок свою библиотеку, а матери - общую. Несмотря на всю тщатель­ность обыска, ничего предосудительного найти не смогли, но это не помешало все же в следующем году выслать отца из пре­делов Пермской губернии без права воз­вращения в Красноуфимск».

После продолжительных скитаний семья Мизерова нашла пристанище в г. Уфе. Здесь ему пришлось заниматься некото­рое время частной практикой, с чем никак не мог смириться Мизеров, получая день­ги за прием или визит к больному. Пер­вый рубль, полученный за визит к больно­му, он передал жене со словами: «Спрячь на память о том дне, когда я продал свою душу». Наконец, в декабре 1909 года Ми­зеров находит постоянную работу врача в районе Старой Уфы, в амбулатории. Здесь, среди бедного населения города, он был прежним Мизеровым: всем доступный, неизменно внимательный врач с огромным опытом, он в короткое время заслужил в Уфе широкую популярность среди людей. Но высылка из Красноуфимска и много­летние напряженные годы упорного труда не прошли бесследно, у Мизерова появи­лись сердечные приступы. Последний день его жизни был таким же напряженным, как и предыдущие. Вернувшись с работы ча­сам к 9 вечера, он после ужина занимался в своем кабинете, но часов в 11, почув­ствовав себя уставшим и больным, он со­брался лечь спать (обычно он ложился не раньше часу, двух ночи). Но потребовалась помощь больному, и Мизеров уехал на вызов. Вернулся он в 2 часа ночи и вскоре умер от сердечного приступа.

Все пациенты Мизерова были страшно поражены внезапной смертью врача. Уз­нав о кончине Мизерова, Красноуфимское земское собрание, состоявшее в большин­стве своем из простых людей, постанови­ло: просить разрешения вдовы перевезти тело Мизерова в Красноуфимск и похоро­нить на городском кладбище. С этой це­лью было выделено 400 рублей и отправлен за телом депутат, врач Е.Садовникова. Затем от Земской управы послана была Мизеровой телеграмма с соболез­нованием и извещение о том, что пен­сия мужа переведена на нее и ее детей.

Гроб с телом врача перевозили по же­лезной дороге от Уфы до Кунгура, а за­тем до Красноуфимска - на лошадях. Кроме Е.Садовниковой тело сопровож­дал бывший пациент Мизерова Андрей Воложанин, которому пришлось почти всю дорогу идти пешком, поддерживая гроб, потому что дорога от Кунгура до Красноуфимска была скверная, земля замерзла кочками и каждую минуту мож­но было ожидать, что телега с гробом опрокинется. Во всех населенных пунк­тах процессию встречали и провожали люди, знавшие Мизерова. В Красноуфимске почти целые сутки, пока гроб стоял дома, где жил Мизеров, народ шел, чтобы проститься с покойным.

Похороны состоялись 23 октября. Гроб с телом несли на руках сначала к боль­нице, затем к Земской управе, городс­кой управе, промышленному училищу и на кладбище. Проститься с врачом при­ехали люди из окрестных деревень.

По воспоминаниям современников тех событий, город не помнит такого стече­ния народа.

14 октября в память о М.И. Мизерове на городском кладбище состоялся тра­урный митинг, посвященный 85-летию со дня смерти врача, на котором присут­ствовали работники городской админи­страции, центральной больницы, студен­ты медицинского училища, работники музея медицины, краеведческого музея.

Л. ЛАВРОВА, начальник управления культуры и кино.

// Вперед. – 1998. – 18 ноября. – с. 2

Мы на Одноклассниках

 

Мы в контакте

 

НЭДБ

Мы на youtube

 

перед эти кодом